Свежие утренние кудри гибкой пружиной оседают у лица, оранжевая помада комками ложится на иссохшиеся губы, голубые тени штрихуют вечноуставшие веки, черный карандаш обнаруживает контуры заспанных глаз. Она, похожая на хорошо причесанного пуделя, надевает старое растянутое платье, которое давно приняло очертания её тела и так и застыло - полноватой бесформенной женщиной. На кухне сердито щелкает вскипевший чайник; одна кружка, одна ложка, один пакетик черного чая, две ложки сахара, бутерброд с колбасой... read more
