Мне всегда было интересно, что говорил бы и делал Лев Давыдыч Троцкий после 22 июня 1941 года, если бы в 1940 году жизнь его не была бы оборвана ледорубом Рамона Меркадера. Судоплатов в своих воспоминаниях говорил о том, что решение о ликвидации Троцкого было продиктовано озабоченностью Москвы о том, что он может расколоть комдвижение в предверии большой войны, в начале которой никто не сомневался, и, которая, собственно, уже и началась. Не очень согласен тут с уважаемым Павлом Анатольевичем - влияние... read more
